Зондер и с чем его едят
Зондера — это школьники после 11 класса, которые ведут факультативы, помогают вожатым с командой, и вообще они своего рода «атланты КЛШ», поскольку на их плечи ложится достаточно много летнешкольных задач: от разбора палаток до подсчета результатов турниров.
«В КЛШ я провела уже пять лет: два года как школьница, год как зондер и два года как сотрудник» — Полина Колмогорова и её история о том, как оказаться в правильном месте в правильное время
О КЛШ я узнала после 9 класса, за неделю до собеседования — последнего вступительного испытания в летнюю школу — абсолютно случайно и одновременно от разных людей : мне о собеседовании рассказали одноклассники, а моей маме — ее коллеги. Я до последнего не собиралась идти, но меня привлекла фраза «там больше важен ход мыслей, чем правильный ответ». Всё-таки сходила на собеседование, но получила ответ, что я — «резервница». Конечно, очень переживала и расстраивалась, а потом решила узнать своё место в рейтинге и шансы поехать. Мне пришло ответное письмо, что я первая в резерве. Так я и оказалась в КЛШ-2016.
Если считать электронный сезон, который был в этом году, то в КЛШ я уже пять лет: два года как школьница, год как зондер и два года как сотрудник.
Все это время я пробыла на направлении филологических наук. Несмотря на то, что в школе училась на соц.экономе, но чувствовала, что филология мне ближе, так что на первое своё собеседование я решила пойти на НФН. Когда попала в сезон, была в восторге от сотрудников, курсов и атмосферы на направлении. Думаю, во многом и поэтому решила в итоге поступать на лингвистику.
Все это время я пробыла на направлении филологических наук. Несмотря на то, что в школе училась на соц.экономе, но чувствовала, что филология мне ближе, так что на первое своё собеседование я решила пойти на НФН. Когда попала в сезон, была в восторге от сотрудников, курсов и атмосферы на направлении. Думаю, во многом и поэтому решила в итоге поступать на лингвистику.
Тяжело выделить самое светлое воспоминание — когда ты школьник, то с головой погружаешься в летнешкольную магию. Все как бы складывается воедино: и песни на крыльце столовой, и дошираки по ночам с командой, и ощущение того, что тебя принимают.
Фото: Михаил Шишацкий
Для меня зондерский год самый любимый в Летней школе: ты вроде бы уже сотрудник и можешь создавать Летнюю школу, но при этом ты живешь вместе с другими зондерами в одной команде, у вас тоже создаётся такая атмосфера единения и взаимной поддержки.
После последнего школьного года я очень вдохновилась КЛШ и мне было интересно узнать, как работает внутренняя кухня и как Летняя школа выглядит по другую сторону. Я решила попробовать себя в качестве зондера.
Если говорить про мою первую образовательную программу, то в мой зондерский год она не состоялась. Тогда произошёл какой-то сбой и получилось так, что на какие-то факультативы записалось 10 человек, а на какие-то — 0. Вот на мой как раз никто не записался. Честно говоря, я не особо расстроилась, было больше времени на другие дела, была возможность послушать, как другие сотрудники ведут факультативы. Так что свой факультатив по лексикографии я прочитала только в первый год сотрудницей.
После последнего школьного года я очень вдохновилась КЛШ и мне было интересно узнать, как работает внутренняя кухня и как Летняя школа выглядит по другую сторону. Я решила попробовать себя в качестве зондера.
Если говорить про мою первую образовательную программу, то в мой зондерский год она не состоялась. Тогда произошёл какой-то сбой и получилось так, что на какие-то факультативы записалось 10 человек, а на какие-то — 0. Вот на мой как раз никто не записался. Честно говоря, я не особо расстроилась, было больше времени на другие дела, была возможность послушать, как другие сотрудники ведут факультативы. Так что свой факультатив по лексикографии я прочитала только в первый год сотрудницей.
Фото: Сергей Ламзин
Фото: Сергей Ламзин
Фото: Василина Радькова
Со школьниками работать мне очень нравится. Они в КЛШ очень осознанные и интеллигентные. На факультативах слушают, задают вопросы и обязательно потом подходят поговорить. Да и с командами школьников мне тоже всегда везло. За 21 день вы как-то притираетесь друг к другу, начинаешь переживать за них, радоваться их успехам.
Часто забавно наблюдать за их попытками получить наряд в сезоне. Каждая моя команда почему-то пытается это сделать, они постоянно шепчутся насчёт своих планов, узнают, кто сегодня дежурит на их этаже, даже ставят будильники, чтобы проснуться и погулять по ночному лагерю, но в итоге весь их план идёт прахом. Не знаю даже, удастся ли мне когда-нибудь дать своей команде наряд. Вообще, для меня быть вожатой — лучшая часть Летней школы. Школьники дают какой-то заряд энергии и запал на то, чтобы и дальше ездить в КЛШ.
Часто забавно наблюдать за их попытками получить наряд в сезоне. Каждая моя команда почему-то пытается это сделать, они постоянно шепчутся насчёт своих планов, узнают, кто сегодня дежурит на их этаже, даже ставят будильники, чтобы проснуться и погулять по ночному лагерю, но в итоге весь их план идёт прахом. Не знаю даже, удастся ли мне когда-нибудь дать своей команде наряд. Вообще, для меня быть вожатой — лучшая часть Летней школы. Школьники дают какой-то заряд энергии и запал на то, чтобы и дальше ездить в КЛШ.
«21 день почти без сна, но с массой веселья, интересных задач и неустанной работой над собой и над школьниками, конечно» – Владимир Гисцев о трудностях преподавания, отсутствия сна и лучшего места в мире
О Летней школе я слышал много раз. Сначала от репетитора по физике, а потом от папы. Он учился на физфаке КГУ (нынешний СФУ), так что был косвенно знаком с КЛШ. К слову, потом оказалось, что ему читали лекции Владислав Олегович Бытев (первый директор школы) и Наталья Григорьевна Макуха (к счастью, до сих пор лектор направления общественных наук). После его рекомендаций я уже не мог не поехать.
Шесть сезонов я провёл в школе, если считать электронный 2020 сезон. Приезжаю каждый год, начиная с 2015. Два года школьником, год зондером и сейчас сотрудник НОН.
Надо сказать, что сначала я планировал приехать на направление точных наук. Но на собеседование узнал о существовании филологического направления. Наверное, в этот момент я окончательно (как мне тогда казалось) решил связать свою жизнь не с физикой, а с журналистикой. Поэтому и решил пройти собеседование НФН. Как выяснилось, не зря – оба раза школьником и в зондерский год ездил на филологическое направление. А потом поступил на психолога и задержался на НОН.
Надо сказать, что сначала я планировал приехать на направление точных наук. Но на собеседование узнал о существовании филологического направления. Наверное, в этот момент я окончательно (как мне тогда казалось) решил связать свою жизнь не с физикой, а с журналистикой. Поэтому и решил пройти собеседование НФН. Как выяснилось, не зря – оба раза школьником и в зондерский год ездил на филологическое направление. А потом поступил на психолога и задержался на НОН.
Фото: Ксюша Малышевская
Мои самые светлые воспоминания как школьника связаны, наверное, с проказами моей первой команды лямбда-15. Потом оказалось, что мы запомнились не только нарушениями режима, но и чем-то хорошим, это приятно. И, конечно, праздники. Каждый праздник в КЛШ – это буквально произведение сценарного и актерского искусства (и продукт талантливого тайм-менеджмента, как оказалось). Я помню их все и особенно рад, что к некоторым сам приложил руку. Теперь же все мои команды (в которых я «вожатил») – любимые, но по-разному: невероятная со всех сторон альфа-17, бесшабашная и озорная сигма-18 (часто мне напоминали мою первую команду) и ро-19 – милые и уютные. Поэтому каждый год – это открытие.
Я люблю Летнюю школу. А раз выпала возможность помочь ей продолжаться, работать дальше и становиться все лучше, то я не мог ее упустить. Поэтому после 11 класса я поехал зондером, где провёл 21 день почти без сна, но с массой веселья, интересных задач и неустанной работой над собой (и над школьниками, конечно). До сих пор не жалею.
На своём первом факультативе я рассказал про мёртвые языки. Мы обсуждали процессы вымирания и возрождения языков и разбирались в их устройстве. Наверное, его можно было организовать лучше, но мне и моим школьникам понравилось. Надеюсь, что и полезно тоже было.
Первая трудность, с которой я столкнулся – «Почему они уже такие умные и столько знают?» Вторая – что план, который я подготовил, пришлось менять на ходу под потребности школьников. Вообще, это был мой первый преподавательский опыт, который не раз мне потом пригодился. Ну и главная задача, которую я перед собой ставил – донести материал так, чтобы это не было сухо и скучно. Насколько я могу судить, с этим я справился.
На своём первом факультативе я рассказал про мёртвые языки. Мы обсуждали процессы вымирания и возрождения языков и разбирались в их устройстве. Наверное, его можно было организовать лучше, но мне и моим школьникам понравилось. Надеюсь, что и полезно тоже было.
Первая трудность, с которой я столкнулся – «Почему они уже такие умные и столько знают?» Вторая – что план, который я подготовил, пришлось менять на ходу под потребности школьников. Вообще, это был мой первый преподавательский опыт, который не раз мне потом пригодился. Ну и главная задача, которую я перед собой ставил – донести материал так, чтобы это не было сухо и скучно. Насколько я могу судить, с этим я справился.
Фото: Сергей Ламзин
Фото: Ксюша Малышевская
Фото: Ксюша Малышевская
Когда у меня появилась своя собственная команда, это было невероятно интересно, а также непросто. Оказалось, что у всех вожатых свой подход к взаимодействию с командой. Но, к слову, мне повезло – меня поставили зондером на женскую команду альфа-17, которая очень быстро сплотилась. Да и вообще они замечательные. Со старшими вожатыми мне улыбнулась удача – Ваня Адо, в частности, очень опытный вожатый, я многому у него научился, а он всегда помогал (и помогает сейчас) полезным советом.
А ещё, в условиях недостатка сна, комната команды оказалась местом, где можно поспать пару минут (например, когда школьники собираются на обед). К слову, оказалось, что чемодан одной из нынешних сотрудниц Летней школы прекрасно выполняет роль подушки. Не педагогично, конечно, но что поделать? А вообще, школьники – это всегда интересное живое общение и куча положительных эмоций. Моя первая команда в зондерском году навсегда заняла место в моем сердечке.
А ещё, в условиях недостатка сна, комната команды оказалась местом, где можно поспать пару минут (например, когда школьники собираются на обед). К слову, оказалось, что чемодан одной из нынешних сотрудниц Летней школы прекрасно выполняет роль подушки. Не педагогично, конечно, но что поделать? А вообще, школьники – это всегда интересное живое общение и куча положительных эмоций. Моя первая команда в зондерском году навсегда заняла место в моем сердечке.
